Язык — душа народа
Из автобиографии (1858) французского поэта Пьера Жана Беранже (1780—1857): «Язык! Язык! Он душа народов: в нем читаются их судьбы».
Носиться как курица с яйцом
Хлопотать о чем-то.
Перед тем как курица снесет яйцо, она бегают туда-сюда, подыскивая тихое и удобное место.
Похабный мир
О решении спора, о компромиссе и т. п., достигнутых ценой унижения, потери достоинства, морального (материального) ущерба (ирон., презрит)
А король-то голый!
Говорится о разоблачении ложных авторитетов и внешне заманчивых, но на поверку пустых идеалов.
Из сказки Г.-Х. Андерсена «Новое платье короля». Два обманщика портных уверили глупого короля, что сшили ему замечательный наряд, в то время как он отправился на прогулку совершенно голым. Народу сказано было, что увидеть этот наряд не могут только дураки, и никто не хотел признавать себя глупцом, пока маленький мальчик не закричал: «А король-то голый!».Тогда всем пришлось признать, что их всех одурачили.
Аппетит приходит во время еды
Когда чем-нибудь занимаешься, этим делом невольно увлекаешься.
Фраза из романа Ф. Пабле «Гаргантюа и Пантагрюэль» о двух толстяках, понимавших толк в еде.
Приглашение на казнь
О приглашении куда-либо, где человека ждут душевные, нравственные или физические муки, и он об этом догадывается или знает (шутл.-ирон.).
Невидимые миру слезы
Из поэмы (т. I, гл. 7) «Мертвые души» (1842) Н. В. Гоголя (1809—1852). В оригинале: И долго еще определено мне чудной властью идти об руку с моими странными героями, озирать всю громадно-несущуюся жизнь, озирать ее сквозь видный миру смех и незримые, неведомые ему слезы. Возможно, что мысль, заключенная в этом выражении, была навеяна Гоголю рецензией А. С. Пушкина на «Вечера на хуторе близ Дикань-ки». В этой рецензии (1836) Пушкин писал: «С жадностью все прочли «Старосветских помещиков», трогательную идиллию, которая заставляет вас смеяться сквозь слезы грусти и умиления».
Министерство правды
Имя нарицательное для учреждений подобного типа (ирон.).
Курсив мой
Название книги воспоминаний (английское издание 1962, русское 1972) русской писательницы (с 1922 г. — в эмиграции) Нины Николаевны Берберовой (1901 — 1993).
Говорится шутливо, чтобы подчеркнуть важность сказанного.